Судебная практика по суррогатному материнству

Суррогатное материнство: вызовы современных технологий и ответы судебной практики

О юридическом регулировании репродуктивной медицины беседуют главный врач ГБУЗ «Центр планирования семьи и репродукции Департамента здравоохранения города Москвы», главный внештатный специалист по репродуктивному здоровью ДЗ Москвы, к. м. н. Латышкевич Олег Александрович и учредитель ООО «Факультет медицинского права», юрисконсульт по медицинскому праву Габай Полина Георгиевна.

Вспомогательные репродуктивные технологии: прихоть или показание

П.Габай― Олег Александрович, не секрет, что многие современные пациентки несколько потребительски относятся к возможностям медицины. Я сейчас говорю о том, что они не совсем правильно понимают её цели и задачи. Медицина, в том числе в области репродуктивного здоровья, имеет свои показания и противопоказания. Она не предназначена для быстрого и лёгкого решения социальных или иных задач, не связанных со здоровьем. Например, немалое количество женщин воспринимают кесарево как некую удобную опцию, дающую возможность избежать процесса естественных родов. Насколько часто в вашей практике пациенты просят провести то или иное медицинское вмешательство без показаний? И как вы на это реагируете, отказываете?

О.Латышкевич― Не очень часто, но всё, конечно, бывает. Так, например, мы отказываем, если здоровая женщина хочет родить ребёнка с помощью суррогатной матери. Не хочет испытывать дискомфорт, связанный с беременностью, переносить болезненный процесс родов, не хочет растяжек после беременности, и другие подобные аргументы. Предлагает, соответственно, очень большие деньги, иногда даже сама приводит женщину, согласную стать суррогатной матерью. В таких случаях мы всё равно отказываем, так как суррогатное материнство проводится только при наличии строгих показаний.

П.Габай― Каких?

О.Латышкевич― С медицинской точки зрения мы считаем показаниями к использованию технологий суррогатного материнства: отсутствие матки; существенную деформацию полости или шейки матки; тяжёлую патологию эндометрия (синехии, облитерацию полости матки, атрофию эндометрия); наличие абсолютных противопоказаний к проведению обычного ЭКО, неудачные повторные попытки ЭКО при неоднократном получении эмбрионов хорошего качества, перенос которых не приводит к наступлению беременности; неоднократное невынашивание беременности.

П.Габай― «Повторные», «неоднократные» — это как считается, начиная со скольки?

О.Латышкевич― Три и более раз.

П.Габай― Да, со своей юридической стороны подтверждаю, что, согласно ФЗ № 323, суррогатное материнство используется лишь для родителей и одиноких женщин, для которых вынашивание и рождение ребёнка невозможны по медицинским показаниям. А сами показания, о которых вы говорили, содержатся в порядке использования ВРТ, утверждённом Минздравом.

О.Латышкевич― Врачи действительно отлично знают, что суррогатное материнство — это медицинская технология для супругов и одиноких женщин. Одинокие мужчины не имеют прав на рождение ребёнка с помощью суррогатной матери. Запрет однозначен. Как к такой норме права относятся юристы? Они не считают её дискриминацией по полу?

П.Габай― Нет, мне эта норма кажется вполне обоснованной и логичной. Ведь мы сами пришли к выводу, что суррогатное материнство — это своеобразный способ лечения бесплодия женщины, который производится строго по показаниям. Если у одинокого мужчины бесплодие, оно лечится совсем другими способами, не имеющими отношения к суррогатному материнству. Если же мужчина здоров и способен исполнять свои «обязанности», то лечение бесплодия ему тем более не нужно. Необходимо понимать, что договор на суррогатное материнство — это сложный договор, включающий в себя и элементы договора на оказание медицинских услуг, которые имеют чёткие показания и противопоказания. Это не социальная услуга, призванная помочь в борьбе с одиночеством. В конце концов, одинокий мужчина всегда может попытаться усыновить ребёнка.

О.Латышкевич― Если даже юристы говорят, что договор на суррогатное материнство сложный, то представьте, каково нам, врачам. Взять хотя бы такой момент: в полость матки суррогатной матери переносится 1-2 эмбриона. Однако многоплодная беременность, особенно в случае трёх эмбрионов, несёт большие риски невынашивания. Нередко получается конфликт между интересами генетической матери (которая хочет иметь двоих или троих детей) и суррогатной матери, которая не хочет рисковать своим здоровьем. Бывает и наоборот — когда генетическим родителям достаточно одного ребёнка, а суррогатная мать отказывается проводить редукцию эмбрионов. Я правильно понимаю, что решение этих вопросов не в компетенции врача? Это вопрос договорных отношений генетических родителей и суррогатной матери, который прописывается в договоре на суррогатное материнство.

П.Габай― Безусловно, в договоре должно быть закреплено количество эмбрионов, подсаживаемых суррогатной матери. А в случае когда родители хотят, чтобы она выносила больше чем один плод, то необходимо предусмотреть поощрение суррогатной матери за эти действия. Но в любом случае врач не имеет права ставить договор выше желания суррогатной матери. Ещё раз напомню, что принудительные медицинские вмешательства запрещены. Поэтому, даже если в договоре предусмотрена редукция эмбриона, врач всё равно не имеет права проводить данную процедуру без получения добровольного согласия суррогатной матери. В случае если предстоит подсадка трёх эмбрионов, также требуется отдельное информированное добровольное согласие суррогатной матери.

О.Латышкевич― А разве подпись суррогатной матери в договоре, где имеется пункт об обязанности выносить определённое количество эмбрионов, не может рассматриваться как согласие? Я спрашиваю, потому что это важно для врачей. Ведь такие договоры трёхсторонние: между генетической матерью, суррогатной матерью и медицинской организацией. Одной из сторон выступает медицинская организация. Поэтому, конечно же, медицинская организация и врачи, соответственно, воспринимают пункты этого договора как руководство к действию.

П.Габай― Договор и информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство — это разные документы. И наличие подписи пациента в договоре ещё не означает его окончательного согласия на медицинское вмешательство. Поэтому врач, пока от пациента не получено добровольное информированное согласие, не имеет права проводить медицинское вмешательство. Если суррогатная мать передумала, она, несмотря на свою подпись в договоре, имеет право отказаться от любого медицинского вмешательства — в том числе, например, от редукции эмбрионов.

О.Латышкевич― Но в таком случае она ведь нарушает договор?

П.Габай― Да, отказываясь от своих обязательств по договору, суррогатная мать нарушает договор, всё верно. Даже если речь идёт не обо всём договоре, а только об одном из его пунктов (например, о количестве эмбрионов, которые будет вынашивать суррогатная мать), всё равно это будет квалифицироваться как нарушение договора. Российское гражданское законодательство в большинстве своём не допускает одностороннее изменение условий договора. Однако генетические родители могут требовать от суррогатной матери компенсации в связи с нарушением ею договора.

О.Латышкевич― Очевидно, вы имеете в виду денежную компенсацию?

П.Габай― Да, всё же генетический биоматериал принадлежит именно генетическим родителям, а суррогатная мать, нарушая условия договора, использует его не по назначению — то есть без разрешения. С другой стороны, отмечу, что российское законодательство не позволяет однозначно говорить о наличии права собственности на эмбрион. Европейский суд по правам человека в своём постановлении от 27.08.2015 «Дело «Паррилло (Parrillo) против Италии»» отметил, что с учётом экономической и имущественной направленности Конвенции о защите прав человека и его основных свобод человеческие эмбрионы нельзя приравнивать к имуществу. Поэтому я бы рекомендовала генетическим родителям, если они опасаются нарушения суррогатной матерью своих обязательств в части количества вынашиваемых эмбрионов, включать в такие договоры неустойку.

О.Латышкевич― Если говорить о материальной стороне, то в целом понятно. Хотя, например, для меня удивительно, что до сих пор нормально не защищено право собственности на генетический материал. Я думал, что этот вопрос уже давно решён. Но я не юрист, и меня волнует и другая сторона нарушения подобных договоров — этическая. Вот мы долго обсуждали случай, когда суррогатная мать отказалась делать редукцию эмбриона и появился незапланированный ребёнок. Но что станет с таким ребёнком после рождения? Как сложится его судьба? Чьим ребёнком он будет вообще считаться — суррогатной матери или генетических родителей?

Право суррогатной матери решать судьбу ребёнка

П.Габай― Это очень важные и животрепещущие вопросы. Я бы добавила к ним ещё один: как быть, если до рождения ребёнка всё соответствовало договору, но потом суррогатная мать отказалась отдавать ребёнка?

О.Латышкевич― Лично с таким не сталкивался, но вполне могу представить такую ситуацию. И, как мне видится, чем больше будут развиваться вспомогательные репродуктивные технологии, чем шире будет охват пациентов, пожелавших воспользоваться ими, тем больше будет таких конфликтов. Прогресс в медицине приводит к возникновению новых проблем — и этических, и юридических. Так как — есть ли у юриспруденции ответы на эти вызовы или позицию по ним ещё только предстоит вырабатывать?

П.Габай― Семейным кодексом РФ (а именно абзацем 2 пункта 4 статьи 51) установлена норма, согласно которой биологические родители могут быть записаны родителями ребёнка только с согласия женщины, родившей ребёнка (суррогатной матери).

О.Латышкевич― Такая норма, конечно же, даёт суррогатной матери широкое поле для управления ситуацией и нечестного шантажа. И если раньше суррогатная мать могла стать фактически биологической матерью ребёнка, то с 2012 года это невозможно, так как суррогатная мать не может быть одновременно донором яйцеклетки. А при этом получается, что всё равно последнее слово за суррогатной матерью и генетические родители могут просто-напросто лишиться своего ребёнка?

П.Габай― Всё-таки при некоторых обстоятельствах генетические родители могут претендовать на ребёнка, даже если суррогатная мать и не дала своего согласия. Судебные споры, когда суррогатная мать отказывалась отдавать ребёнка родителям, далеко не редкость. Достаточно вспомнить весьма резонансные дела: «Миримская против Безпятой» и «Фроловы против Суздалевой». В связи с высокой актуальностью правильной правовой оценки подобных проблем Пленум Верховного суда в своём постановлении от 16.05.2017 № 16 посвятил отдельный раздел разрешению споров, возникших в связи с применением ВРТ, в том числе и суррогатного материнства. В частности, Пленум Верховного суда полагает, что если суррогатная мать отказалась дать согласие на запись генетических родителей в качестве официальных родителей, то данное обстоятельство не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении иска этих лиц о признании их родителями ребёнка и передаче им ребёнка на воспитание. Пленум Верховного суда также указал, что по подобным делам «в целях правильного рассмотрения дела суду, в частности, следует проверить, заключался ли договор о суррогатном материнстве и каковы условия этого договора, являются ли истцы генетическими родителями ребёнка, по каким причинам суррогатная мать не дала согласия на запись истцов в качестве родителей ребёнка, и с учётом установленных по делу обстоятельств… разрешить спор в интересах ребёнка».

О.Латышкевич― «С учётом установленных по делу обстоятельств» — достаточно растяжимая формулировка. И что же такое «обстоятельства, установленные по делу»? Даже в медицине один и тот же симптом (иными словами, одно и то же обстоятельство) может свидетельствовать о совершенно различных патологиях. А юриспруденция, на мой взгляд, не менее, если не более, запутанная наука, чем медицина.

П.Габай― Всё же не соглашусь с вами. Такая формулировка умышленно оставлена неопределённой, поскольку даёт возможность судье исходить не из жёсткого шаблона, а руководствуясь соображениями справедливости. Ведь в такой деликатной сфере, как вспомогательные репродуктивные технологии, следует учитывать и определённые моральные обстоятельства, и этические категории. Тут неприемлем механистический подход. Мы немного ранее говорили о случае, когда суррогатная мать отказывается делать редукцию эмбриона и хочет оставить его себе. То есть в этом случае генетические родители вообще не хотели, чтобы этот ребёнок рождался, а суррогатная мать согласна его воспитывать. Это один вариант. Но возможен и другой. Когда суррогатная мать отказывается отдавать ребёнка исходя из корыстных побуждений, например вымогая у его генетических родителей дополнительную плату, не предусмотренную изначальным договором. Кстати, в деле «Фроловы против Суздалевой» одним из оснований для вынесения судебного вердикта в пользу генетических родителей (Фроловых) стало недобросовестное поведение суррогатной матери, которая была готова передать рождённых ею детей-близнецов, но лишь за определённую сумму (750 000 рублей за каждого) и лишь после оплаты ей санаторно-курортного лечения.

О.Латышкевич― На мой взгляд, судебные разбирательства и должны происходить с человеческим лицом, здесь не может и не должно быть формального подхода. Особенно это касается медицинских дел, я уже не говорю о таких тонких материях, как жизнь, смерть, об отношении к ним, то есть о биоэтике.

П.Габай― Согласна, конечно, с вами и хочу немного вспомнить историю. В Англии длительное время параллельно с системой судов общего права, которые руководствовались формальным толкованием судебных норм, существовал суд справедливости, он же суд лорда-канцлера. Последний решал судебные дела исходя из принципа справедливости, а не формальных правовых норм. Конечно же, у нас в России судебная система формировалась совершенно другим образом, и «суды справедливости» встроить в неё не получится. Однако следует признать, что в некоторых категориях дел для их правильного разрешения необходимо исходить именно из принципа справедливости. Естественно, в случае споров между генетическими и суррогатными родителями справедливость решения зависит и от личности родителей (как генетических, так и суррогатной матери), и от особенностей их взаимодействия в период, предшествующий спору, и от их отношения к ребёнку, и от многого другого. Именно поэтому Пленум Верховного суда разрешил судам в каждом случае проявлять индивидуальный подход «с учётом установленных по делу обстоятельств».

Биогенетический материал: правовые особенности донорства и хранения

О.Латышкевич― Вообще, вспомогательные репродуктивные технологии, искусственное оплодотворение — это очень интересная тема, которая не ограничивается суррогатным материнством. Например, сейчас очень многие становятся донорами половых клеток. Причём как мужчины, так и женщины. Конечно же, любой донор проходит медицинское обследование, куда входят и флюорография, и общие анализы крови, мочи, и медико-генетическое обследование, и многое другое. То есть отсутствие тех или иных заболеваний проверяется медицинскими организациями. Но помимо этого, донорам дают заполнить анкету, в которой, например, надо указать рост, вес, расу и национальность. И если рост, вес, цвет глаз сотрудники клиники могут легко проверить, то как быть с проверкой национальности?

П.Габай― Законодательно на медицинские организации прямо не возложена обязанность проверять достоверность указанных в анкете донора данных. Например, национальность донора медицинская организация даже при всём своём желании никак не может проверить. Ведь даже в паспорте уже давно отменили соответствующую отметку. Говоря о расе, я думаю, что администратор клиники, в равной степени как и врач, может отличить представителя европеоидной расы от представителя негроидной расы и в случае неверного указания донором информации сообщить ему об этом.

О.Латышкевич― А рискует ли медицинская организация или врач быть привлечёнными к ответственности, если у светлокожих пациентов после искусственного оплодотворения родится темнокожий ребёнок, такой вот «сюрприз» для родителей.

П.Габай― Здесь в первую очередь надо уяснить, кто в этом виноват. Мне кажется, большинство таких случаев связаны с банальной путаницей биологического материала. Скорее всего, при проведении процедуры искусственного оплодотворения медицинским работником были перепутаны «пробирки» или криобанк что-то напутал. Откровенно говоря, не слышала о судебных разбирательствах в России по этому поводу. А вот в Великобритании и США прецеденты имеются, и пациенты просят компенсировать моральный ущерб, причём не всегда только себе, но и ребёнку тоже.

О.Латышкевич― Я лично никогда с таким не сталкивался, я говорю сейчас о путанице биологического материала. Ошибки скорее происходят по причине недостоверной информации о доноре, собственно, вы об этом тоже говорите. Но я бы обратил внимание ещё и на такую проблему. Семейные пары, прошедшие процедуру ЭКО, нередко оставляют на хранение в медицинских организациях криоконсервированные эмбрионы для возможного дальнейшего их использования. Но вот только иногда эти пары разводятся. И здесь начинается самое интересное. Один супруг просит эмбрионы сохранить — обычно это женщина, а второй супруг просит утилизировать эмбрионы, мотивируя тем, что не хочет иметь со своей бывшей второй половиной ничего общего. Клиники в этот момент берут тайм-аут и не спешат выполнять требования какого-либо из супругов по причине нежелания в дальнейшем оказаться в суде, да ещё и в качестве ответчика. Создаётся тупиковая ситуация, потому что каждый супруг пытается тянуть одеяло на себя, а клиника не желает нарушать права кого-то из бывших супругов.

П.Габай― На самом деле до судов такие дела доходят редко, но прецеденты, конечно, есть. Например, определение Московского городского суда от 24.03.2015 по делу № 33-9401. В нем бывший супруг решил через суд расторгнуть договор об оказании медицинских услуг (хранение эмбрионов), потому что пара развелась, а сам он больше не хотел детей от бывшей жены. Но требование было отклонено, так как, согласно оформленным документам, судьбу эмбрионов определяла супруга, а она как раз и не хотела расторгать договор. Суд отказался считать развод «существенным изменением обстоятельств», которое позволяет отказаться от сделки. Также суд подчеркнул, что у пары была возможность выбрать другие условия, например: «судьба эмбрионов определяется мужем», «судьба эмбрионов определяется медицинской организацией», «эмбрионы должны быть уничтожены».

О.Латышкевич― А в каких документах были определены эти условия? В самом договоре?

П.Габай― В данном случае не в договоре, а в добровольном информированном согласии на проведение лечения бесплодия методом экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) / ИКСИ. Здесь такое согласие выполнило функцию сделки. А вообще, чаще такие вопросы действительно фиксируются в договоре.

О.Латышкевич― Насколько я понимаю, если соглашения в той или иной форме нет, то распоряжаться судьбой эмбрионов можно только при взаимном согласии двух сторон. Поэтому супруги, по всей видимости, должны ответственно подходить к составлению договора, это поможет им избежать лишних неприятностей и защитить свою позицию в суде, если до него дойдёт дело.

П.Габай― Да, всё так. Только ответственно подходить к этому делу надо и клиникам, ведь в первую очередь именно они предлагают супругам договор к подписанию. Согласна, что хорошо составленный договор между клиникой и пациентами, в котором чётко прописан порядок определения судьбы эмбрионов, в том числе и после развода супругов, действительно поможет избежать излишних неприятностей и защититься в судебном процессе. Притом не только пациентам, но и клиникам.

О.Латышкевич― Да, вполне логично. А бывает ещё и так, когда пациенты договариваются о хранении, а потом не оплачивают его. С одной стороны, стоимость хранения биоматериала обходится в немалую сумму, ведь количество пациентов, обращающихся за подобными услугами, ежегодно растёт, и медицинским клиникам просто необходимо докупать дополнительное оборудование для хранения. А с другой стороны, клиники боятся уничтожать эмбрионы, оплата хранения которых просрочена.

П.Габай― Не совсем понимаю, почему боятся производить утилизацию биоматериала. Что останавливает медицинские организации?

О.Латышкевич― Останавливает этическая сторона вопроса. Да и перспектива конфликта с пациентом из разряда «вы убили моих детей!» тоже не из лучших.

П.Габай― Во-первых, по российскому законодательству эмбрион, не говоря уже о половых клетках, не обладает правом на жизнь, ведь, согласно российской конституции, основные права и свободы принадлежат каждому от рождения. Мы об этом уже говорили.

Во-вторых, так как за криоконсервированными биоматериалами не закреплено особого правового статуса, то можно считать, что они всё же являются объектом правоотношений, а не субъектом. А значит, к ним с большой долей вероятности применимы нормы гражданского законодательства, в первую очередь положения ГК РФ о хранении. Эти нормы говорят нам о том, что клиника может отказаться от исполнения договора хранения со своей стороны в случае просрочки пациентом оплаты хранения более чем на половину периода, который должен быть оплачен за который должно быть оплачено. С формально-юридической стороны здесь даже нельзя говорить об утилизации или уничтожении криоконсервированных эмбрионов, ведь, по сути, медорганизация просто перестаёт выполнять обязанность по поддержанию необходимого температурного режима в криокамере.

О.Латышкевич― Интересно. Но это же всё равно приведёт к уничтожению эмбрионов…

П.Габай― К их непригодности для дальнейшего использования… Да, и ещё один важный момент. Перед тем как прекратить исполнение договора о хранении, обязательно необходимо направить пациенту требование немедленно забрать криоконсервированные биоматериалы. Забрать — в данной ситуации (по договору хранения) обязанность пациента.

О.Латышкевич― А если пацфиент не захочет исполнить и такую обязанность?

П.Габай― Ответственность за последствия будет лежать как раз на самом пациенте, то есть именно его бездействие приведёт к непригодности биологического материала. Теоретически можно говорить и о продаже биоматериала. Причём по той цене, которая применяется в конкретном криобанке. За счёт вырученных средств можно покрыть стоимость хранения, а остаток отдать пациенту. Опять же, об этом необходимо предупредить пациента. Отмечу, что гражданское законодательство предполагает свободу договора, поэтому юридически грамотный договор на криоконсервацию и хранение биоматериала чрезвычайно важен. В договоре не только можно, но и нужно до мельчайших подробностей описать последствия просрочки оплаты хранения биоматериала, установить сроки оплаты, порядок уведомления пациента и прочее. В договоре должен соблюдаться баланс интересов сторон. При правильном подходе к составлению договора медицинская организация будет защищена от безосновательных претензий со стороны пациента.

О.Латышкевич― Предполагаю, что все затронутые нами вопросы требуют системной аналитики и практического внедрения, ведь не может каждая клиника и каждый доктор разбираться в этом всём самостоятельно и на свой лад. Нужны единая концепция, единые типовые формы документации, единые правильные алгоритмы принятия решений.

П.Габай― Олег Александрович, тысячу раз согласна с вами. Сама постоянно лоббирую подобный подход к делу. Он бы значительно снизил число досадных ошибок и юридических казусов. Для меня лично предупредительная функция — одна из самых главных в нашей профессии, однако, к сожалению, и наименее востребованная. В нашей стране все в основном вкладываются в решение уже возникших проблем, несмотря на то что их профилактика всегда обходится дешевле во всех смыслах. Буду рада принять участие в разработке общего алгоритма, если однажды законодателю или региональному органу исполнительной власти потребуется такая помощь. Олег Александрович, спасибо вам большое за интересный разговор.

Суррогатное материнство в 2020 году

Для семейных пар, которые не могут стать родителями, существует альтернатива – суррогатное материнство. Оно позволяет воспользоваться услугами женщины для вынашивания ребенка. Отдельного законопроекта, регламентирующего все положения, в РФ нет, но закон о суррогатном материнстве в 2020 году высказывается недвусмысленно.

Суррогатное материнство: законодательная база

Документ, который устанавливает правовые основы суррогатного материнства, как таковой в российском законодательстве отсутствует. Однако существует ряд положений и законов, делающих вспомогательную репродуктивную технологию обоснованной с юридической точки зрения. Отдельные разделы законодательных актов регламентируют процедуру:

  • ФЗ 323 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Этот документ является основополагающим. Именно в нем содержатся положения и требования по отношению к матери ребенка;
  • в Семейном Кодексе установлена процедура записи родителей ребенка, который появился на свет благодаря вспомогательной репродуктивной технологии;
  • в ФЗ «Об актах гражданского состояния» содержатся сведения о том, как можно зарегистрировать младенца в официальных структурах;
  • в приказе Минздрава «О применении вспомогательных репродуктивных технологий в терапии женского и мужского бесплодия» установлены главные нюансы проведения процедуры;
  • приказ Минздрава № 107 касается проведения искусственного оплодотворения и противопоказаний к этому.

Несмотря на то, что значительная часть вопросов, касающихся суррогатного материнства, отражена в указанных документах, не все нюансы представлены в законодательных актах. Именно поэтому при возникновении правовых споров юристам не на что опереться. Законодательная база в этом вопросе несовершенна.

Наиболее часто встречается ситуация, в которой суррогатная мать после родов не может расстаться с ребенком и решает оставить его себе. По сути, генетические родители ничего не могут на это противопоставить, поскольку отсутствуют правовые основы для решения подобных ситуаций.

В разных медицинских учреждениях могут предъявлять разные требования к проведению процедуры, нет единой системы. Все эти проблемы должен решить отдельный законопроект, регламентирующий положения суррогатного материнства.

Принятие нового закона

Подобный документ уже был внесен на рассмотрение в Государственную Думу. Согласно предложенным изменениям, генетические родители получат правовую защиту. Официальный текст законопроекта был одобрен правительством, теперь его необходимо доработать с учетом внесенных замечаний, после чего он будет вынесен на рассмотрение парламента.

Ранее предложенный закон о полном запрете вспомогательной репродуктивной технологии был отклонен.

Требования к суррогатной матери

Требования к женщинам, которые собираются предложить свои услуги в качестве суррогатной матери, представлены в 323 ФЗ. Установлены условия для женщин, планирующих родить ребенка:

  • возраст потенциальной матери должен быть от 20 до 35 лет;
  • женщина ранее уже должна была родить собственного ребенка, у которого нет проблем со здоровьем;
  • здоровье потенциальной матери должно быть подтверждено медицинской экспертизой;
  • требуется согласие самой женщины и ее супруга (если она замужем);
  • женщине, которая вынашивает ребенка, нельзя быть также донором яйцеклетки.

Договор о проведении вспомогательной репродуктивной технологии заключается между семейной парой и женщиной, вынашивающей ребенка. Согласно действующему законодательству, воспользоваться услугами суррогатной матери могут не только супруги, но и одинокая женщина, которая не может самостоятельно родить ребенка.

Документальное оформление

Закон предусматривает заключение договора между семейной парой, которая прибегла к услугам суррогатной матери, и самой женщиной. Документ является главным основополагающим актом для заключения контракта. При этом не существует единого образца. Разные медицинские учреждения, предлагающие сопроводительные процедуры, могут предоставлять разные договоры.

При заключении соглашения важно учесть в нем все возможные нюансы. Это позволит семейной паре обезопасить собственные права. При судебном разбирательстве (если до него дойдет), именно договор станет главным юридическим документом, на основании пунктов которого будет приниматься решение.

При составлении договора нельзя допускать спорных или двояких трактовок. Обе стороны должны правильно понимать все представленные в нем разделы и пункты. Описанные правила не должны противоречить российскому законодательству. Также они не могут ущемлять права какой либо из сторон, иначе такое соглашение теряет юридическую силу.

Документ должен учитывать следующие положения закона:

  • основным предметом договора считается вынашивание ребенка, а ни в коем случае не сам новорожденный. После успешного завершения родов услуга считается выполненной;
  • важно учесть права и обязанности обеих сторон. Они должны быть изложены на основании действующих законодательных актов;
  • обязательно указывается стоимость услуги. В цену контракта входят расходы на содержание матери, медицинское сопровождение беременности, учитываются дополнительные выплаты, которые могут возникнуть при осложнениях. Также определяется сумма, которую получит женщина после родов;
  • в качестве сторон могут быть указаны не только семейная пара и суррогатная мать, но и медицинские организации, адвокаты и прочие лица;
  • прописываются дополнительные условия, которые призваны защитить права генетических родителей.

На что обратить внимание при заключении договора

Даже правильно составленный договор не может обеспечить стопроцентную гарантию того, что после родов новорожденный останется с родителями. Нередко встречаются случаи, когда пункты документа нарушает одна из сторон. Причем инициатором не всегда является суррогатная мать.

Часто встречаются ситуации, в которых затраты на ведение беременности оказались выше, чем изначально планировала семейная пара. Нельзя застраховаться и от случаев, когда ребенок появляется на свет с каким-либо врожденным заболеванием. Это приводит к тому, что генетические родители отказываются от новорожденного.

Всех этих случаев можно избежать, если на стадии составления договора обратиться к профессионалу, который поможет заключить правильное соглашение, удовлетворяющее все стороны. Также предлагаем скачать образец договора о суррогатном материнстве по следующей ссылке.

Сколько стоят услуги суррогатной матери в 2020 году

В законе не прописана стоимость суррогатного материнства. Окончательная цена зависит от ряда факторов. Наибольшие затраты семейная пара понесет, оплачивая услуги самой суррогатной матери, процедуру пересадки генетического материала и ведение беременности.

Стоимость зависит от экономической ситуации в регионе и прочих факторов. В большинстве субъектов окончательная цена составит 1.5 – 2 млн. руб. При осложнениях она может доходить до 3 – 4 млн. руб.

Для многих семейных пар суррогатное материнство является единственной возможностью завести ребенка. Именно поэтому парламентарии планируют принять полноценный закон, регламентирующий положения вспомогательной репродуктивной технологии. В ближайшие месяцы законопроект о суррогатном материнстве может быть принят Государственной Думой.

СУРРОГАТНОЕ МАТЕРИНСТВО В РОССИИ: АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И ПРАКТИКИ Текст научной статьи по специальности «Право»

УДК 347.611

СУРРОГАТНОЕ МАТЕРИНСТВО В РОССИИ: АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И ПРАКТИКИ

АХМАТЬЯНОВА Венера Амирзяновна

старший преподаватель кафедры правовых дисциплин Нефтекамского филиала ФГБОУ ВО «Башкирский государственный университет», г. Нефтекамск, Россия. E-mail: cafedra2017@yandex. ru

В статье рассматривается опыт правового регулирования суррогатного материнства в Российской Федерации. Раскрываются положения основных нормативно-правовых актов, регламентирующих реализацию программы суррогатного материнства, изучаются некоторые проблемы, связанные с применением данных правовых норм на практике. Детально раскрывается содержание таких категорий, как «суррогатное материнство», «суррогатная мать», рассматриваются их признаки, характерные черты. Особое внимание уделено изучению субъектного состава правоотношений, возникающих в связи с реализацией программы суррогатного материнства. Анализируются некоторые коллизии действующего законодательства, регламентирующего процедуру записи генетических родителей ребенка, рожденного суррогатной матерью, в книги записей рождений. Исследуются некоторые проблемы договора о суррогатном материнстве, заключаемого между суррогатной матерью и генетическими родителями (родителем). В статье приводятся статистические данные и материалы судебной практики.

Ключевые слова: вспомогательные репродуктивные технологии, суррогатное материнство, суррогатная мать, генетические родители.

SURROGATE MATERNITY IN RUSSIA: ANALYSIS OF LEGISLATION AND PRACTICE

AKHMATYANOVA Venera Amirzyanovna

Email: cafedra2017@yandex.ru

Key words: assisted reproductive technologies, surrogate maternity, surrogate mother, genetic parents.

На сегодняшний день, в мире остро стоит проблема бесплодия, количество бездетных пар растет с каждым годом. Так, если обратиться к статистическим данным, в конце 70 -х годов ХХ в. количество бесплодных пар в мире составляло 5 %. Сегодня эта цифра равна 10-15 % по обращаемости и доходит до 18-20 %, а по некоторым данным — до 30% с учетом активного выявления, в то время как уже 15 % является свидетельством того, что проблема приобрела государственное значение (по определению ВОЗ) .

В качестве достаточно приемлемого метода лечения бесплодия на сегодняшний день все большее распространение получает и технология суррогатного материнства . В Российской Федерации суррогатное материнство разрешено, имеются нормативно-правовые акты, предусматривающие возможность использования данной технологии.

Первым нормативно-правовым актом в России, содержащим термин «суррогатная мать», стал Семейный кодекс РФ . Затем, были приняты Закон «Об актах гражданского

состояния» и Приказ Минздрава РФ от 26.02.2003 № 67 «О применении вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) в терапии женского и мужского бесплодия» , в которых также встречались понятия «суррогатное материнство», «суррогатная мать».

В связи с принятием Приказа Минздрава России от 30.08.2012 № 107н , утвердившего порядок использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказания и ограничения к их применению (далее — Приказа Минздрава России о порядке использования ВРТ), Приказ Минздрава РФ от 26.02.2003 № 67 утратил силу.

Суррогатное материнство позволяет иметь детей женщинам, неспособным выносить и родить ребенка самостоятельно по медицинским показаниям (п. 79 Приказа Минздрава России о порядке использования ВРТ). Приказ Минздрава России о порядке использования ВРТ определил требования, предъявляемые к суррогатным матерям (п. 78), и алгоритм проведения программы «Суррогатное материнство» (п. 83). Несмотря на то, что термин «суррогатное материнство», как мы уже отметили, встречался в действующем законодательстве России, долгое время в нашей стране отсутствовало легальное определение этого понятия.

Отсутствие легальной терминологии породило соответствующие научные изыскания. К проблеме определения понятия «суррогатное материнство» неоднократно обращались в своих работах различные авторы. Так, например, Т.Е. Борисова, пишет, что «суррогатное материнство следует определять как взаимную договоренность между суррогатной матерью и потенциальными родителями о том, что суррогатная мать пройдет процедуру имплантации эмбриона, зачатого с применением метода экстракорпорального оплодотворения, выносит, родит и передаст ребенка потенциальным родителям» .

А. Асламурзаева определила суррогатное материнство как «соглашение между лицами (лицом), желающими стать родителями, и женщиной, согласной на искусственное оплодотворение, вынашивание и рождение ребенка (суррогатной матерью) с последующей его передачей другой стороне по договору, за вознаграждение либо без такового» .

Проблема отсутствия легального определения понятия «суррогатное материнство» в России была решена в 2011 году. 21.11.2011 г. был принят Федеральный закон № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» Согласно ч. 9 ст. 55 этого нормативно-правового акта суррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям.

Опираясь на данное определение можно сделать следующие выводы:

1) суррогатное материнство, в первую очередь, — физиологический процесс вынашивания и рождения ребенка; зачатие ребенка при этом происходит путем ЭКО и имплантации эмбриона в полость матки суррогатной матери;

2) между ребенком и потенциальными родителями имеется генетическое родство;

3) отношения между суррогатной матерью и потенциальными родителями (либо одинокой женщиной) строятся на основании договора, заключенного между ними;

4) применение этой технологии возможно, если имеются соответствующие медицинские показания.

Из данного определения не вытекает, что потенциальные родители обязательно должны состоять в зарегистрированном браке, более того, законодатель подчеркивает, что обратиться за помощью к суррогатной матери может и одинокая женщина.

Интересно отметить, что согласно п. 4 ст. 51 СК РФ лица, состоящие в браке между собой (выделено мной. — В.А.) и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ре-

бенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери). Такое же положение закреплено в Законе об актах гражданского состояния (п. 5 ст. 16). На практике неверное толкование этих норм привело к тому, что работники органов ЗАГСа стали отказывать лицам, не состоящим в браке, в регистрации их в качестве родителей детей, рожденных суррогатными матерями .

Немаловажно отметить, что в ч. 9 ст. 55 Закона об основах охраны здоровья граждан не названа обязанность суррогатной матери передать ребенка после его рождения родителям-заказчикам, не определен характер соглашения (возмездный или безвозмездный), заключенного между суррогатной матерью и потенциальными родителями.

В ч. 10 ст. 55 Закона об основах охраны здоровья граждан определены требования, предъявляемые к суррогатной матери:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— возраст от двадцати до тридцати пяти лет;

— наличие не менее одного здорового собственного ребенка;

— наличие медицинского заключения об удовлетворительном состоянии здоровья;

— женщина должна дать письменное информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство.

В Приказе Минздрава России о порядке использования ВРТ содержатся аналогичные требования. Очевидно то, что законодатель, устанавливая возрастные рамки для потенциальной суррогатной матери, прежде всего, заботился о здоровье будущего ребенка, т.к. согласно данным медицинской статистики почти 70% всех детей с синдромом Дауна родили женщины старше 35 лет . Однако в юридической литературе можно встретить и противоположенную точку зрения. Так, Т.Е. Борисова отмечает, что известны случаи, когда матери вынашивали детей для своих бездетных дочерей. Более безопасный и недорогой способ вряд ли можно предложить. Как заявляют медики, если женщина здорова, то зачать методом ЭКО и выносить здорового ребенка возможно и когда женщина уже находится в менопаузе, а это в среднем 50-55 лет .

На наш взгляд, очевидно, что законодательно установленные требования, предъявляемые к суррогатной матери, целесообразны и отвечают интересам будущего ребенка, его генетических родителей, суррогатной матери.

Суррогатная мать не может быть одновременно донором яйцеклетки. Таким образом, с 1 января 2012 года (с этого дня вступила в силу ст. 55 Закона об основах охраны здоровья граждан) в России возможна лишь программа гестационного суррогатного материнства (т.е. суррогатная мать не может иметь генетического родства с ребенком, которого вынашивает). Этот вариант представляется наиболее приемлемым с морально — этической точки зрения.

Женщина, состоящая в браке, зарегистрированном в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, может быть суррогатной матерью только с письменного согласия супруга. Данное положение уже успело вызвать нарекания. Так, К.Н. Свитнев отмечает, что «требование получения «согласия» представляется неуместным, так как любая совершеннолетняя женщина вне зависимости от своего супружеского статуса является равноправным субъектом гражданских правоотношений <…>, тем более что п. 1 ст. 56 того же закона говорит о том, что «каждая женщина самостоятельно решает вопрос о материнстве»» . Однако, ст. 1 СК РФ к принципам регулирования семейных отношений относит принцип разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию. Кроме того, согласно ст. 31 СК РФ вопросы материнства, отцовства, воспитания, образования детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно исходя из принципа равенства супругов. Очевидно, что самостоятельно принятое женщиной решение стать суррогатной матерью (и осуществление этого намерения), лишает возможность ее супруга стать отцом в ближайшее время. Если, конечно, он не обратиться за помощью к другой суррогатной матери. Здесь

возникает следующий вопрос: может ли мужчина, желающий стать отцом, заключить договор с суррогатной матерью?

В ч. 9 ст. 55 Закона об основах охраны здоровья граждан в качестве лиц, с которыми может быть заключен соответствующий договор, упоминаются лишь потенциальные родители и одинокие женщины. Однако для одинокого мужчины программа суррогатного материнства в сочетании с донорством ооцитов практически единственный шанс стать отцом генетически своего ребенка. Здесь нельзя не согласиться с телеведущей, публицистом М. Арбатовой, которая высказалась по этому поводу так: «Коль скоро у нас женщина законодательно имеет право пойти в банк спермы, родить ребенка и считать его абсолютно собственным, то лишать мужчину этой же возможности было бы не только негуманно, но и нечестно» . Более того, очевидно, что лишение одинокого мужчины права стать участником программы «Суррогатное материнство», в то время как одинокая женщина такое право имеет, на наш взгляд, является дискриминацией по половому признаку.

Интересно отметить, что согласно п. 1 ст. 127 СК РФ усыновителями могут быть совершеннолетние лица обоего пола. То есть, исходя из обозначенной позиции законодателя, можно сделать вывод о том, что одинокий мужчина может быть усыновителем, но не может стать отцом генетически своего ребенка, воспользовавшись технологией суррогатного материнства.

Обратимся к правоприменительной практике. 4 августа 2010 г. Бабушкинский районный суд Москвы (судья Мартыненко А.А.) обязал ЗАГС Бабушкинского района зарегистрировать ребёнка, родившегося в результате реализации программы гестационного суррогатного материнства с использованием донорских ооцитов для мужчины, не состоящего в браке, с указанием в актовой записи о рождении в качестве отца заказчика суррогатной программы и сведений о матери по его заявлению (сведения о матери в запись акта о рождении могут не вноситься или же фамилия «матери» записывается по фамилии отца, а имя и отчество — по его указанию). Имя суррогатной матери в свидетельстве о рождении фигурировать не будет. Отказ органа ЗАГС в регистрации ребёнка на имя истца был признан незаконным .

4 марта 2011 года Смольнинский районный суд С.-Петербурга обязал ЗАГС зарегистрировать не состоящего в браке молодого человека, ставшего отцом при помощи программы суррогатного материнства, единственным родителем его «суррогатных» двойняшек.

Молодой человек реализовал свою программу гестационного суррогатного материнства в сочетании с программой донорства ооцитов в одной из московских клиник репродукции. Обратиться в суд его вынудил отказ ЗАГСа в регистрации его детей. Делопроизводители ЗАГСа аргументировали своё решение тем, что процедура суррогатного материнства предусмотрена, якобы, лишь для людей, состоящих в браке. Суд не согласился с работниками ЗАГСа и признал отказ в регистрации незаконным .

Отметим, что такая практика сложилась до вступления в силу соответствующего положения Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации, не содержащего прямой запрет, но и прямо не предусматривающего возможности для одинокого мужчины стать родителем-заказчиком суррогатной программы. Как в дальнейшем будет решаться поставленный нами выше вопрос, покажет время.

Как мы уже отмечали, лица, состоящие в браке между собой и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери) (п. 4 ст. 51 СК РФ). То есть, в случае, если суррогатная мать откажется передать рожденного ею ребенка, решит оставить его у себя, то она будет записана в качестве матери этого ребенка. У такой позиции законодателя есть свои сторонники. А.П. Кокорин, отмечает, что «приоритетным фактором при определении принадлежности родительских прав является вынашивание ребенка .

Высказывалась в юридической литературе и противоположенная точка зрения. И.А. Михайлова считает, что закрепление в законе приоритета суррогатной матери при установлении происхождения ребенка противоречит закрепленному в ст. 38 Конституции РФ принципу охраны семьи, материнства и детства, так как в данном случае не защищаются интересы матери и отца ребенка, т.е. его генетических родителей . Представляется, что положение, существующее ныне, может привести к шантажу, вымогательствам со стороны суррогатной матери, которая, понимая, что не обязана передавать ребенка потенциальным родителям, будет чувствовать свою полную безнаказанность.

Может сложиться и другая ситуация. В случае рождения ребенка, страдающего каким-либо заболеванием, потенциальные родители могут отказаться его принять, мотивировав свой отказ тем, что они не обязаны этого делать. Отметим, что согласно п.1 ст. 48 СК РФ происхождение ребенка от матери (материнство) устанавливается на основании документов, подтверждающих рождение ребенка матерью в медицинском учреждении, а в случае рождения ребенка вне медицинского учреждения на основании медицинских документов, свидетельских показаний или на основании иных доказательств. То есть, в России действует презумпция материнства (та, которая родила, и есть мать). Но, что делать, если и суррогатной матери ребенок будет не нужен?

Кроме того, если суррогатная мать не успеет в силу объективных обстоятельств (наступление смерти при родах, непосредственно после родов) дать свое согласие на то, чтобы в качестве родителей ребенка были записаны его генетические родители, то рожденный малыш будет призван к наследованию после смерти суррогатной матери. Тем самым, будут ущемляться права её супруга, родителей, детей (наследников по закону) или наследников по завещанию, если таковое было составлено ею при жизни (Ст. 1142, 1118, 1119, 1149 ГК РФ) .

Таким образом, несмотря на то, что технология суррогатного материнства не первый год применяется в России в качестве метода, позволяющего преодолеть бесплодие, существует еще немало проблем нормативно-правового регулирования соответствующих общественных отношений.

Библиографические ссылки

1. Асламурзаева А. Суррогатное материнство: пробелы законодательства // ЭЖ-Юрист. 2011. № 30. С. 8.

2. Борисова Т.Е. Актуальные вопросы законодательной и правоприменительной практики суррогатного материнства в России // Социальное и пенсионное право. 2008. № 1 . Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

6. Кокорин А.П. К вопросу о получении согласия суррогатной матери на запись родителями ребенка супругов, предоставивших свой генетический материал // Семейное и жилищное право. 2010. № 1. С. 28-31.

7. Михайлова И.А. Законодательство, регламентирующее установление происхождения детей, нуждается в корректировке // Вопросы ювенальной юстиции. 2009. № 2. С. 17.

9. Приказ Минздрава РФ от 26.02.2003 № 67 «О применении вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) в терапии женского и мужского бесплодия» (Утратил силу) . Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10. Приказ Минздрава России от 30.08.2012 № 107н (ред. от 11.06.2015) «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» . Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

11. Решение Калининского районного суда г. С.-Петербурга, от 05 августа 2009 г. по гражданскому делу № 2-4104 . Справочно-правовая система КонсультантПлюс.

12. Сайт компании «Росюрконсалтинг». URL: http://www.jurconsult.ru/news/news3.php (дата обращения: 21.11.2016).

13. Сайт ТРК «Петербург-Пятый канал». URL: http://5-tv.ru/news/34334/ (дата обращения: 21.11.2016).

14. Свитнев К. «Суррогатное» отцовство по-прежнему вне закона? // Новые законы и нормативные акты. 2011. № 48. С. 138.

12. Sait kompanii «Rosyurkonsalting» (Company website), URL: http://www.jurconsult.ru/news/news3.php (accessed date: 21.11.2016).

13. Sait TRK «Peterburg-Pyatyi kanal» (Broadcasting company website), URL: http://5-tv.ru/news/34334/ (accessed date: 21.11.2016).

Суррогатное материнство в России

Варианты суррогатного материнства

На данный момент услуги суррогатных матерей в России можно предоставлять как на платной, так и на безвозмездной основе. При этом законодательством четко регламентируются права каждой из сторон. В зависимости от ситуации возможно традиционное или полное (гестационное) суррогатное материнство. В первом случае генетическими родителями являются отец и донор яйцеклетки, а во втором – биологическая мать и отец (у суррогатной матери не берется генетический материал, она только вынашивает ребенка).

Вынашивание и рождение ребенка подобным способом связано с различными юридическими аспектами, которые возлагают на обе стороны ряд обязательств. Процедура выглядит следующим образом:

  • Сначала осуществляется подбор кандидаток на роль суррогатной матери (как правило, пары обращаются к родственницам или в специализированные фирмы, которые находят женщин, соответствующих заявленным критериям).
  • Затем необходимо найти клинику для проведения искусственного оплодотворения и выполнить ЭКО.
  • Плод вынашивается суррогатной матерью. При этом подписывается целый ряд документов во время беременности и после непосредственного рождения ребенка.

Закон о суррогатном материнстве

С точки зрения законодательства суррогатное материнство в РФ является полностью легальным, и в нашей стране четко проработаны алгоритмы оформления новорожденного ребенка. К участию в программе допускаются как семейные пары, так и незамужние женщины. Законодательно нет ограничений касательно возраста родителей.

Основным законом о суррогатном материнстве в России является ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а точнее его статья №55. Этот закон вступил в силу 4 года назад после пересмотра ранее действующих правовых норм с целью внесения некоторых поправок в процесс юридического урегулирования суррогатного материнства.

Особого внимания заслуживает пункт 9 статьи 55, который трактует само понятие суррогатного материнства. Фактически это договор, заключенный между биологическими родителями, предоставившими свой генетический материал, и женщиной, согласившейся на вынашивание и рождение их ребенка. Клетки биологических родителей используются для искусственного образования эмбриона, который затем подсаживается в матку суррогатной матери. Таким образом, женщина не является биологоческой матерью для рожденного малыша.

Пункт 10 статьи 55 прописывает основные требования к кандидаткам на роль суррогатной матери:

  • возраст суррогатной матери по закону — 21-36 лет;
  • наличие одного или более родных детей, не имеющих проблем со здоровьем;
  • врачебное заключение, подтверждающее отсутствие медицинских противопоказаний;
  • заверенное в нотариальном порядке разрешение для проведения ЭКО и прочих медицинских манипуляций, предусмотренных программой суррогатного материнства.

Замужним женщинам необходимо получить официальное согласие для участия в программе от супруга.

Семейный кодекс о суррогатном материнстве в РФ

В качестве правоустанавливающих нормативных актов рассматриваются также статьи 51 и 52 Семейного кодекса РФ. В первой из них указывается, что пара, давшая согласие на подсаживание суррогатной матери эмбриона, полученного из своего генетического материала, может быть официально признана родителями новорожденного только в случае получения отказа сурматери от ребенка.

После этого женщина, выносившая новорожденного, лишается возможности оспаривать родительские права своих нанимателей. На этих правовых аспектах строятся взаимоотношения сторон, участвующих в программе суррогатного материнства. Чтобы не упустить ни единого законодательного нюанса, супругам рекомендуется обратиться к юристам или в специализированное агентство, которое сможет обеспечить полное сопровождение их дела.

Регистрация детей осуществляется в соответствии с положениями статьи 16 ФЗ «Об актах гражданского состояния». Чтобы стать официальными родителями новорожденного, супружеской паре необходимо предоставить ЗАГСу справку, подтверждающей факт искусственного оплодотворения и последующего рождения ребенка, которая выдается медучреждением, проводившим процедуру ЭКО.

Женщина, выносившая и родившая ребенка, подписывает документ о согласии на то, чтобы ее наниматели стали родителями новорожденного.

Кто может стать участником программы?

Программа ЭКО получила законодательное утверждение на территории РФ в 1993 году. Однако на проведение процедуры не всегда дают разрешение. Показаниями для обращения за услугами суррогатной матери являются:

  • деформации шейки матки различной этиологии;
  • патологии полости матки, препятствующие наступлению беременности;
  • не поддающиеся лечению спайки, блокирующие движение яйцеклетки;
  • отсутствие детородных органов;
  • наличие большого риска естественного прерывания беременности (выкидыша).

Обычно процедуры ЭКО осуществляются с привлечением фонда ОМС, поэтому супружеской паре необходимо полностью обследоваться в медицинском учреждении, ближайшем к их месту регистрации.

Основные требования к суррогатным матерям в России

Период беременности является очень ответственным этапом, от которого зависит состояние здоровья новорожденного. Поэтому на роль суррогатной матери подходит далеко не каждая женщина. Претендентки обязательно проходят специальное обследование и сдают ряд анализов. В ходе гинекологического осмотра оценивается состояние детородных органов. Также обязательными являются флюорография, заключение психиатра и терапевта.

Средний возраст для суррогатного материнства в России – 30-35 лет. Предпочтение отдается физически здоровым женщинам с широкими бедрами (для максимального предотвращения риска кесарева сечения) и наличием 1-2 своих детей, которые родились без патологий и осложнений с медицинской точки зрения.

Стоимость услуг суррогатных матерей

Разработка условий договора между суррогатной матерью и будущими родителями является крайне ответственным этапом программы. В этом документе четко фиксируются обязательства и права каждой стороны с указанием всех нюансов соглашения и размера компенсационных выплат. В целом, расходы обычно включают:

  • Обследование родителей. Мужчины проходят осмотр у уролога, сдают анализы и обязательно делают спермограмму. Женщинам показан специализированный терапевтический курс стимуляции яичников для выделения здоровых яйцеклеток, которые затем забираются посредством пункции.
  • Процедура ЭКО. Яйцеклетки искусственно оплодотворяются. Эмбрион находится в специальной пробирке вплоть до непосредственной пересадки в матку суррогатной матери. В разных клиниках стоимость процедуры ЭКО варьируется от 150 до 250 тыс. руб.
  • Обследование суррогатной матери. Кроме специализированного гинекологического обследования, женщина проходит общий осмотр с рядом обязательных анализов (КТ, ЭКГ, ЭхоКГ, МРТ). Дополнительно могут проверяться разные органы.
  • Полное медицинское сопровождение на протяжении беременности. Все издержки на обследования, анализы, питание, оплату жилья и пр. ложатся на будущих родителей.
  • Роды и пребывание в клинике. Обычно врачей уведомляют о том, что беременная женщина является суррогатной матерью, поэтому биологическим родителям разрешают присутствовать при родах. Как правило, такие роды происходят в специальном акушерском зале.
  • Компенсационные выплаты. Ежемесячно суррогатная мать получает от 20 тыс. руб. (в некоторых регионах РФ ежемесячное пособие составляет 40-50 тыс. руб.). После рождения ребенка женщина разово получает 600 тыс. – 1 млн. руб. Данные расценки актуальны для 2017 года.

На данный момент количество женщин, желающих заработать на суррогатном материнстве, продолжает расти, поэтому цены на их услуги постепенно снижаются. Максимальная сумма, которая была зафиксирована в нашей стране в качестве оплаты за вынашивание ребенка, составила 1,5 млн. руб.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *